Back to ISCM site
Назад на сайт ISCM
Back to ISCM site
Пространство Эдисона Денисова
Концерты памяти композитора
25 октября – 5 ноября 2006 года
Российская национальная
секция Международного Общества Новой Музыки ISCM
Московская
государственная консерватория имени П. И. Чайковского
при поддержке
Комитета по
Культуре г. Москвы
Музыкального издательства Le Chant du Monde (Франция)
Посольства Франции в
России
CulturesFrance
Швейцарского культурного фонда Pro Helvetia
Международной Ассоциации Композиторских
Организаций
Союза московских композиторов
Московского Международного Дома
Музыки
Государственного Музея
музыкальной культуры им. М. И. Глинки
Самарской государственной
филармонии
Башкирской государственной филармонии
Автор и художественный
руководитель – Юрий Каспаров
Исполнительный директор – Виктория
Коршунова
Консультант – Екатерина Купровская-Денисова
Редактор – Валерия
Ценова
Координатор – Марина Воинова
"Мои встречи с Эдисоном Денисовым". Юрий Каспаров
Программа:
25 октября - Екимовский,
Щетинский, Курляндский, Воинова, Янов-Яновский, Денисов
28 октября - Булгакова,
Сафронов, Дорохов, Павленко, Капырин, Васильев, Леденев, Денисов
31 октября - Ксенакис,
Булез, Дютийё, Денисов
2 ноября - Вассена, Цинсстаг, Холлигер, Воронов, Денисов
«Мне повезло, что я был хорошо знаком с Эдисоном Васильевичем Денисовым, и не только знаком, но и сотрудничал с ним. Я горжусь тем, что был первым исполнителем в нашей стране целого ряда его опусов – это “Знаки на белом”, Квинтет для фортепиано и струнного квартета, Четыре пьесы для флейты и фортепиано и ряд других. Но наше сотрудничество этим не исчерпывалось. Я был вовлечён в чрезвычайно важный процесс пропаганды и распространения Новой музыки в Советском Союзе в то время, когда эта музыка была у нас запрещена.
Чему научило меня общение с Денисовым? Прежде всего, не бояться целеустремлённо идти к намеченной цели и при этом узнавать, узнавать как можно больше»
Проф. Т. А. Алиханов, ректор
Московской государственной консерватории
имени П. И. Чайковского
«Для меня и, думаю, для многих людей моего поколения, воспитывающихся “в свете постановления 1948 года”, творчество Эдисона Васильевича Денисова сыграло совершенно особую роль. Премьеры его сочинений 60-х годов не только открыли нам мир его музыки, завораживающе прекрасной. Они словно провозглашали “Я есмь” от лица всего искусства нового времени, тогда нам ещё неведомого. Потом – и очень скоро – открылись другие миры, не менее значительные. Но для меня сочинения Денисова были и остались первой любовью в мире музыки моей эпохи»
Проф., доктор искусствоведения Е. Г.
Сорокина,
проректор по научной и творческой работе
Московской
государственной консерватории имени П. И. Чайковского
«Он был одним из тех, кто не повернул назад. В духе времени поставангардного конца века – плодящиеся усталости: ретро, нео, мини, квази, поли, “некрофилия”. Все они в целом остались чужды Денисову. Он словно следовал девизу Василия Кандинского “вперёд и вверх”»
Проф., доктор искусствоведения Ю. Н. Холопов,
из книги «Свет.
Добро. Вечность» Памяти Эдисона Денисова
«Денисов был человеком добрым и оптимистичным. Его стремление к красоте, к свету, истинным ценностям, создали вокруг него то положительное духовное поле, которое давало окружающим его людям ощущение максимальной защищенности и внутреннего спокойствия, помогая часто найти себя в нашей сложной жизни»
Проф.,
доктор искусствоведения В.
С. Ценова,
из книги «Неизвестный Денисов»
«Мои поездки в СССР в 70-е годы были каждый раз отмечены общением с Эдисоном Денисовым и его ближайшими друзьями – композиторами “нелегальными” в связи с их эстетической ориентацией, слишком свободной по сравнению с официальными директивами.
Когда Эди работал над своей оперой “Пена дней” по роману Бориса Виана, он несколько раз писал мне, чтобы узнать моё мнение по поводу наилучшего соотношения французского языка и музыки в вокальных партиях. Но поскольку его владение французским языком было безупречным, мне чаще всего нечего было исправить. Мне только не терпелось поскорее узнать саму оперу, так как я уже был знаком с его стилем благодаря симфоническим и камерным произведениям, которые он мне присылал.
Эволюция стиля Денисова была отмечена, в особенности, влиянием произведений Венской школы, а также постсерийной музыкой, с которой его познакомил Пьер Булез во время своего приезда в Москву незадолго до моего путешествия в 1972 году.
Эди обладал исключительной лёгкостью и необычайной мощью в работе. Даже если ему и приходилось писать “прикладную” музыку, чтобы заработать деньги, советский режим был вынужден признать эстетическую ценность композитора, вооружённого к тому же и педагогическим даром,
За связь Эдисона Денисова с французской музыкой, за ценность его собственного, чрезвычайно разнообразного творчества, мы призваны быть верны его памяти и проявлять повышенное внимание к распространению его музыки»
Композитор Анри Дютийе (Франция)
Каким мы помним Эдисона Денисова? Невысокий, худой, очень подвижный человек с серебристыми волосами… Он никогда не носил шапок, даже зимой. Сибиряк, он обладал крепким здоровьем, и будь его воля, он зимой и пальто бы не надевал. Но неудобно было – это приковывало бы внимание окружающих на улицах, в транспорте, а Денисов не любил внимания. Он во всём был человеком очень скромным. Дома – ничего лишнего. Конечно, много книг, пластинок, партитур, на стенах картины его друга – замечательного художника Бориса Биргера. Ничего помпезного, роскошного. Всё удобно для работы, функционально и при этом очень уютно. Он изъяснялся достаточно лаконично простым и понятным языком. Никакого пафоса в разговоре, ни цитат из философов, ни поэтических декламаций… Хотя это был чрезвычайно культурный человек, хорошо разбиравшийся не только в музыке, но и в философии, в поэзии, в живописи и, кстати, в науке – ведь до Московской консерватории он окончил физико-математический факультет Томского университета. Настоящий русский интеллигент, он держался абсолютно естественно, совершенно не производя впечатления великого, уникального. Или, точнее, не соответствовал тому стереотипу великого и уникального, к которому многие из нас привыкли. С ним было очень легко общаться и друзьям, и консерваторским студентам – всем без исключения. И при всей подвижности, энергичности и бескомпромиссности характера он оставался дружелюбным, абсолютно спокойным и выдержанным человеком. Можно представить, сколько унижений и нападок ему пришлось выдержать за всю его жизнь. И в советское время, когда он, причисленный к авангардистам, был запрещён к исполнению в концертах, не имел права выезжать за рубеж даже на свои премьеры, и потом, когда рухнули все идеологические запреты, и на смену им пришла зависть озлобленных людей, сделавших ставку на политику и оставшихся у разбитого корыта. Такое не каждый может выдержать. А остаться при этом самим собой и держаться так, словно всю жизнь гулял по парковым аллеям, слушая завораживающее пение птиц. Он остался самим собой. Он остался таким же, когда несколько месяцев спустя пришёл в себя после страшной автокатастрофы – той самой, которая в конце концов стоила ему жизни. Он открыл нам дверь своей квартиры, теперь уже в Париже, так как именно парижские врачи продлили ему жизнь, и мы увидели того же самого Денисова – то же выражение лица, те же спокойные манеры, ясная лишённая пафоса и театральности речь. Только страшный шрам на горле. Он никогда не злился на тех, кто старательно портил ему жизнь. Возможно, внутри него всё кипело, но внешне он был невозмутим. Самое ужасное слово, которое я от него слышал, довольно редко, кстати сказать, это «свинья». «Свинья он, – пожимал плечами Денисов, – и разговаривать с ним не о чем». Он попросту не общался с теми людьми, которые ему были неприятны. При этом даже своим близким ученикам и сподвижникам никогда не говорил о недругах ничего плохого, никогда не обсуждал низких и подлых поступков. «Как с ним говорить? Он всё время врёт!» – единственное, что можно было услышать от Денисова в адрес его врагов. Вранья он не переносил, равно как интриг и сплетен. А врагов, конечно, у него было много до самого трагического конца. Уже падала Берлинская стена и трещал по швам нерушимый Советский Cоюз, и Россия менялась стремительно, на глазах. Впервые за долгие десятилетия мы все ясно почувствовали воздух свободы. Рухнули все преграды. Многие уезжали – спортсмены, учёные, деятели искусства… Уезжали известные композиторы – друзья Денисова, уезжали молодые музыканты. «Из России уезжать нельзя, – говорил нам Денисов, – это большая ошибка, уезжать из России. Мы должны жить и работать здесь». Он жил и работал в России. А ведь, казалось, кому уезжать, как ни ему? Он уже был востребован во всём мире, во всех странах. Ему делали заказы ведущие мировые оркестры, его исполняли знаменитые дирижёры и солисты, его музыка собирала полные залы. На Западе ему могли обеспечить райские условия существования. Овеянный славой, он мог просто наслаждаться жизнью в куда более спокойном и благополучном месте, где не каждый год революции, путчи, обвалы национальной валюты и вечная, как любовь, инфляция. Он заслужил покой. Но он не его искал. Что успел сделать Денисов, кроме как золотыми буквами вписать своё имя – имя русского композитора – в сокровищницу мирового искусства?
- Он стал первым отечественным композитором, которому удалось утвердить современную российскую музыку в мире как масштабное и значительное явление.
- Он всемерно стремился заполнить информационный вакуум в России. Именно вследствие его усилий в Москве на регулярной основе стали проходить концерты современной западноевропейской музыки и организовываться встречи со многими именитыми зарубежными музыкантами.
- Он сформировал в России пространство Новой музыки. В 1990 году под его руководством была воссоздана Ассоциация Современной Музыки, повлиявшая на политику многих российских культурных институтов, на программы московских фестивалей, на музыкальную жизнь России в целом, а также способствовавшая созданию новых исполнительских коллективов.
- Именно благодаря Денисову все формы деятельности, направленные на развитие и пропаганду современного композиторского творчества, стали активно освещаться средствами массовой информации, что в свою очередь вызвало интерес публики и расширило рамки звучания музыки, которая создаётся сегодня.
- Денисов – единственный из композиторов плеяды наших «шестидесятников», кто создал свою школу. Как известно, официально ему разрешили вести класс композиции в Московской консерватории только с 1989 года. Однако до этого в течение многих лет он преподавал инструментовку, и его уроки, по сути, трансформировались в неформальные занятия композицией. К нему приходили студенты из самых разных композиторских классов, да и не только студенты, а многие из уже давно закончивших консерваторию. Таким образом, задолго до получения официального статуса профессора композиции Денисов воспитал целый ряд учеников, большинство из которых сейчас широко известны в мире. Показателен факт, что в тех случаях, когда какой-либо зарубежный коллектив или радиокомпания готовят программу из произведений современных композиторов нашей страны, они неизбежно опираются на творчество Денисова и его школы. До недавнего времени такие концерты и передачи нередко носили название «Денисов и русский авангард». Те, кто учился у Денисова, получили своего рода неофициальный сертификат качества, который даёт возможность вести паритетный диалог с музыкантами из любой страны.
Он до конца дней сохранил удивительную способность радоваться очень простым человеческим вещам. «Смотрите, – радостно говорил он мне в Париже, выйдя из госпиталя, где несколько месяцев находился на грани жизни и смерти, победив в тот раз смерть, заново учился ходить и говорить, – купил нашу Столичную водку, три дня настаивал её на лимонных корках, и, попробуйте, что получилось!» Действительно, вкусно!
В начале 90-х годов в Москве возникла любопытная форма исполнения симфонической музыки. Геннадий Рождественский, обращаясь к публике в зале, рассказывал много интересного перед исполнением какого-либо произведения и в паузах между произведениями, а публика писала записки и передавала их на сцену. На одном из концертов, где звучала музыка Денисова, ему передали записку, где слушатель спрашивал: «Скажите, а почему у Вас такое странное имя – Эдисон?». Отец Денисова, Василий Денисов, был радиофизиком, страстно влюблённым в науку, и Томас Эдисон был одним из его кумиров. Кстати, Василий Денисов первым в Сибири сконструировал коротковолновый приёмник, что помогло ему в 1928 году связаться с экспедицией генерала Умберто Нобиле после крушения дирижабля «Италия», летевшего к Северному полюсу. Василий Денисов был уверен, что его сын, став взрослым, тоже выберет науку как основное дело жизни. Но музыка взяла своё, и вскоре единственное, что связывало Эдисона Денисова с наукой, было только его имя, на котором при рождении сына настоял отец. «Меня так назвали в детстве, – пожал плечами Денисов, – и мне моё имя нравится».
Эдисону Денисову мы посвящаем четыре мемориальных концерта в год десятилетия его трагической гибели
Виктор Екимовский Римейк
для ансамбля
Александр Щетинский Sonata da Camera для
виолончели и ансамбля
Дмитрий
Курляндский Сокровенный человек для ансамбля
Марина Воинова Amoroso для
ансамбля
Дмитрий Янов-Яновский Insomnia для меццо-сопрано и ансамбля
Эдисон Денисов Камерная симфония № 2
для ансамбля
Московский
Ансамбль Современной Музыки
художественный руководитель – Юрий Каспаров
дирижёр –
Алексей Виноградов
Анна Гузаирова (меццо-сопрано)
Александр Загоринский
(виолончель)
Виктор Екимовский (р. 1947) – один из самых известных российских композиторов среднего поколения, чьи произведения широко исполняются во всем мире. Следуя за нашими корифеями Э. Денисовым, А. Шнитке и С. Губайдулиной, он и другие члены Ассоциации Современной Музыки (АСМ-2), а это был самый нашумевший творческий союз композиторов-единомышленников, доказали, что музыка нашей страны – неотъемлемая часть общеевропейского музыкального прогресса. В. Екимовский – также серьёзный музыковед, кандидат искусствоведения, автор многих статей о современной музыке и первой отечественной монографии об Оливье Мессиане. После трагической гибели Денисова он возглавил АСМ и сейчас является её председателем. Пьеса Римейк построена на аллюзиях на наиболее яркие элементы музыкального языка Эдисона Денисова и посвящена его памяти
Александр Щетинский (р. 1960) – ведущий украинский композитор, один из значительных композиторов среднего поколения на всём постсоветском пространстве. Будучи ещё молодым автором, он стал регулярным участником многих ведущих европейских фестивалей, посвящённых Новой музыке. Его произведения исполняли Филармонический Оркестр Варшавы, Ансамбль Wiener Collage, Стокгольмский Квартет саксофонов... В коллекции А. Щетинского немало призов различных международных конкурсов композиторов. Он является основателем концертной серии «Новая музыка» в Харькове и одним из организаторов крупнейшего украинского фестиваля современной музыки «Контрасты» во Львове. Sonata da Camera, входящая в число наиболее ярких камерных опусов Щетинского, раскрывает лучшие черты его стиля
Дмитрий Курляндский (р. 1976) относится к плеяде молодых композиторов. В 2003 году за пьесу Сокровенный человек, исполняющуюся в данном концерте, он получил Первую премию на одном из самых престижных композиторских конкурсов – Gaudeamus, оказавшись первым российским композитором, победившим на этом форуме. Многие ведущие европейские коллективы исполняют его музыку. Д. Курляндский – создатель и главный редактор журнала «Трибуна современной музыки», ставшего за короткое время своего существования ведущим печатным изданием в области современной музыки. Он – инициатор создания и идейный вдохновитель группы композиторов «Сопротивление материала» (СоМа) – интригующего творческого объединения последних лет
Марина Воинова (р. 1972) принадлежит поколению молодых композиторов. Творчество М. Воиновой – универсально. Она – известная органистка, ежегодно дающая большое количество концертов, музыковед (кандидат искусствоведения) и уже известный в нашей стране и за её пределами композитор. Её музыка звучит на многих фестивалях и пользуется успехом. М. Воинова – редактор-составитель сборников для органа, инициатор проведения Московского органного фестиваля, соучредитель Баховского общества Московской консерватории. Пьеса Amoroso, проникнутая единым настроением, лишённым острых конфликтов и контрастов, погружает нас в атмосферу лирического созерцания, вдохновения, душевного равновесия и покоя
Дмитрий Янов-Яновский (р. 1963) – известнейший композитор бывшего постсоветского пространства. Его музыка на протяжении многих лет исполняется многими знаменитыми коллективами и солистами, такими как Кронос-квартет, Ардитти-квартет, Ансамбль «2е2м» и другими. Д. Янов-Яновский – лауреат многих престижных международных композиторских конкурсов. Постоянно проживая в Ташкенте (Узбекистан), он успешно сочетает композиторскую деятельность с педагогической, работая в Ташкентской государственной консерватории. Он является организатором международного фестиваля современной музыки «Илхом-ХХ». Его музыка – это своего рода феномен, сочетающий современную композиторскую технику, всю палитру приёмов поставангардного периода с удивительной демократичностью. Пьеса Бессонница для меццо-сопрано, флейты, кларнета, фортепиано, скрипки, альта и виолончели на стихи Марины Цветаевой состоит из 5-ти частей
Камерная симфония № 2, наверное, самое близкое и любимое произведение Московского Ансамбля Современной Музыки. Денисов специально создавал ее для этого коллектива, ее премьера состоялась в Токио в июле 2004 года, буквально через две недели после того, как она была закончена композитором. Этому предшествовали трагические события – Денисов попал в страшную автокатастрофу, ставшую причиной его смерти в ноябре 1996 года, когда ехал из Дома творчества «Руза» на первую ансамблевую репетицию. Именно Камерная симфония № 2 открыла третий, короткий, но чрезвычайно яркий период творчества Эдисона Денисова. Все произведения этого отрезка времени, а Денисов – уже тяжело больной человек – и в больнице, и после неё работал без остановки и успел подарить нам немало новых известных опусов, аккумулируют всё то, что было накоплено композитором за предыдущие десятилетия работы. Это касается и непрерывно эволюционировавшего музыкального языка, и связанного с ним арсенала технических средств, новой удивительной философской глубины и многогранной образности. Камерная симфония № 2 – одно из самых выдающихся произведений новейшей истории нашей страны, шедевр, стоящий в одном ряду с лучшими сочинениями классиков – Прокофьева и Шостаковича. Наряду с другими замечательными камерными пьесами Денисова («Женщина и птицы», «На пелене застывшего пруда»), Камерная симфония № 2 регулярно исполняется Московским Ансамблем Современной Музыки как в России, так и за рубежом
28 октября 19.00
Государственный Музей музыкальной
культуры им. М. И. Глинки
Мария
Булгакова Диалог – Контраст
для скрипки и виолончели
Антон Сафронов
Sentimento… coda для фортепиано соло
Георгий Дорохов
Струнное трио
Сергей Павленко
Ксения для арфы соло
Дмитрий
Капырин Четыре пьесы для
гобоя и струнного трио
Артём
Васильев Пять пьес
для фортепиано
соло
Роман Леденёв
Шесть пьес для арфы и струнного квартета
Эдисон Денисов
Романтическая музыка для гобоя, арфы и струнного
трио
Романтик-квартет:
Владислав Народицкий (скрипка),
Михаил Болховитин (скрипка), Андрей Усов (альт), Сергей Асташонок
(виолончель)
Нино Баркалая (фортепиано), Кристина
Рожкова (арфа)
Михаил Штанько (гобой)
Мария Булгакова (р. 1975) окончила Московскую государственную консерваторию по двум специальностям – как композитор и оперная певица, затем продолжила обучение по этим специальностям в Германии. Она стажировалась по композиции в Hochschule музыки и театра в Гамбурге п/р проф. Манфреда Штанке и в Musikhochschule в Любеке п/р проф. Дитера Мака, она также учится как певица в классе проф. Юты Нисс. Музыка М. Булгаковой регулярно звучит на известных европейских фестивалях современной музыки в Нидерландах, Берлине, Дрездене и других странах, среди исполнителей её музыки – «Ансамбль Модерн», «Интегралы», «Ансамбль 88». Её приглашали на знаменитые курсы в Дармштадте как певицу и как композитора. Диалог – Контраст относится к тем счастливым произведениям, которые с удовольствием играют многие струнники как в России, так и за рубежом
Георгий Дорохов (р. 1984) – самый молодой композитор, музыка которого звучит в рамках «Пространства Эдисона Денисова». Он пока ещё только студент 3-го курса Московской консерватории. Однако даже студенческие работы Г. Дорохова отличаются зрелостью идей и интересной композиторской техникой. Г. Дорохов, несмотря на достаточно юный для музыканта возраст, уже является лауреатом целого ряда конкурсов. Его музыке свойственно счастливое сочетание логики и фантазии, рационального и эмоционального. Символично, что Георгий родом из Томска – родного города Эдисона Денисова
Сергей Павленко (р. 1952) – член композиторского объединения АСМ-2. Важным периодом своей жизни он считает работу в Театре на Таганке п/р Юрия Любимова – это было в те годы, когда Театр был своего рода творческой оппозицией к «правильному» идеологически выдержанному искусству соцреализма. При его участии были поставлены “Мастер и Маргарита”, “Дом на набережной”, “Владимир Высоцкий” и другие спектакли. С. Павленко – лауреат международных композиторских конкурсов. Его премьеры всегда являются яркими событиями в российской музыкальной жизни, они находят признание не только среди профессионалов, но и среди любителей музыки. Пьеса для арфы соло Ксения – то редкое произведение, которое ждало своей премьеры около десяти лет. Оно звучит впервые в рамках проекта «Пространство Эдисона Денисова»
Дмитрий Капырин (р. 1960) – один из самых востребованных российских композиторов своего поколения, лауреат международных конкурсов в Турине (Италия) и в Безансоне (Франция), стипендиат Берлинской Академии Искусств (сценическая композиция «Воплощение цвета»). Его сочинения звучали на многих международных фестивалях современной музыки в России и за рубежом, исполнялись ведущими коллективами и солистами мира – Московским Ансамблем Современной Музыки, Da Capo Chamber Players (Нью-Йорк), HEX (Амстердам), Иваром Михашоффым, Клодом Делянглем, Валерием Поповым и другими. Помимо камерных и симфонических произведений, он пишет много музыки для театра, другую прикладную музыку и даже композиции для компьютерных обучающих программ
Артём Васильев (р. 1974) ещё до поступления в Московскую консерваторию прошёл стажировку в Институте экспериментальной музыки в Бурже (Франция) и в электронных студиях Венгерского радио и Бирмингемского университета. По окончании Московской консерватории он учился в Королевской Академии Музыки в Лондоне. А. Васильев удостаивался самых различных грантов и стипендий как в России, так и в Великобритании. Среди них Именная стипендия Владимира Потанина, грант Jo Johnson Bursary для занятий композицией в Летней школе Дартингтон (Великобритания), Государственная стипендия РФ… Он также дважды получал призы от Королевской Музыкальной Академии в Лондоне
Роман Леденёв (р. 1930) – один из самых известных композиторов России, близкий друг Э. Денисова. Р. Леденёв – народный артист РФ, лауреат Государственной премии, профессор Московской консерватории – педагог, воспитавший огромное количество замечательных музыкантов. Кроме симфонических и камерных произведений, он создал немало прикладной музыки, в частности, музыки к кинофильмам. Честность и принципиальность отличают этого мастера и в жизни, и в творчестве. Его композиторский стиль претерпевал различные, порой разительные изменения, но всегда оставался искренним и эмоциональным. Шесть пьес относятся к раннему периоду творчества композитора, в котором русские музыкальные традиции органично сочетаются с элементами техники нововенской школы
Романтическая музыка написана в 1968 году для Хайнца и Урсулы Холлигер – гобоиста и арфистки, которым посвящали произведения ведущие современные композиторы. Это одно из лучших и показательных камерных произведений Денисова раннего периода, начавшегося с принесшей ему славу кантаты “Солнце инков”. И это впечатление вызвано не только ярким образным строем произведения. Денисов, подобно Моцарту, с лёгкостью нарушавшему музыкальные законы, идентичные законам гравитации в физике, продемонстрировал здесь то же самое, но на уровне мышления композитора наших дней. Разница лишь в том, что Моцарт опирался на класическое понимание тональности, а Денисов – на релятивистское, идущее от композиторов нововенской школы
31 октября 19.00
Большой зал Московской государственной консерватории
имени П. И. Чайковского
Пьер Булез Notations
для
оркестра
Янис Ксенакис Synaphaï
для
фортепиано и оркестра
Анри Дютийе
Métaboles для
оркестра
Эдисон Денисов
Колокола в тумане для оркестра
Национальный
филармонический оркестр России
Художественный руководитель и главный дирижёр – Владимир Спиваков
Дирижёр – Даниэль Кавка (Франция)
Солист –
Михаил Дубов, фортепиано
Российские премьеры Пьера Булеза (р. 1925), Анри Дютийё (р. 1916) и Яниса Ксенакиса (1922–2001) – значительное культурное событие в музыкальной жизни Москвы и России.
Классики французской музыки, композиторы Булез, Дютийё и Ксенакис определяют самый высокий уровень мирового композиторского искусства. Пути развития современной музыки, а вторая половина ХХ столетия удивительно богата самыми разнообразными тенденциями, стилями, концепциями, так или иначе связаны с творчеством этих столпов. Ни одно из действительно глубоких открытий не может сегодня рассматриваться в отрыве от произведений кого-то из этого Великого Французского Трио.
Денисова связывали с ними самые тесные творческие и дружеские отношения. Начало их дружбе положило событие 1964 года, ставшее решающим в композиторской карьере Денисова. Какими-то правдами или неправдами партитура «Солнца инков» попала в Париж, где её передали Пьеру Булезу. Вскоре кантата «Солнце инков» прозвучала в Париже в исполнении Ensemble du Domaine Musicale под управлением легендарного Бруно Мадерна.
В книге Юрия Холопова и Валерии Ценовой “Эдисон Денисов”, рассказывается о том, как Булез предпринял всё возможное, чтобы Денисов смог присутствовать на исполнении «Солнца инков» в Париже. Он писал Денисову: “Послали телеграмму в Союз композиторов. Затем послали письмо в посольство. Задействован государственный секретарь по культуре…”. И далее: “Я был в высшей степени взбешён из-за того, что этот отказ исходит от музыкальных чиновников самого низкого сорта, которые сами пишут музыку “достойную лишь помойки”, как говорил Варез”. Продолжая цитирование книги Ю. Холопова и В. Ценовой, приведу фрагмент письма Анри Дютийё Денисову: “Я присутствовал на концерте и могу Вам сказать, что произведение очень хорошо приняли, оценили, было много аплодисментов. Я раньше внимательнейшим образом изучил партитуру, и мне бесконечно понравились дух, точность письма, свобода языка”. Ещё раньше Денисов получил письмо от Яниса Ксенакиса: “Я был счастлив встретить Вас и других молодых советских музыкантов, отражающих новые веяния, возникшие в Вашей стране”.
Колокола в тумане были написаны Эдисоном Денисовым в 1988 году. Эта 15-минутная пьеса, эстетически связанная с французским музыкальным импрессионизмом, удивительна во многих отношениях. Прежде всего, необычен состав оркестра, точнее, его «духовая составляющая» – четыре флейты и четыре кларнета (самые тонкие в смысле динамических градаций деревянные духовые инструменты) дополняются в своей группе лишь одним гобоем. И эта группа соседствует с мощной медной «бригадой» – с четырьмя трубами, четырьмя тромбонами и шестью валторнами. Такой оркестр, поддержанный струнными и ударными, от начала и практически до конца играет предельно тихо: композитор выставляет динамику три и четыре пиано. Лёгкие и стремительные, почти бесплотные пассажи явно корреспондируют с ветром, доносящим до нас колокольные звоны. В какой-то момент мы уже не просто слышим, а видим картину, созданную не линиями и красками, а тембрами и музыкальной фактурой… И лишь в финале, где-то за две минуты до окончания произведения возникают вначале форте, а затем фортиссимо оркестра – неожиданный динамический всплеск, уводящий нас от импрессионизма в область эмоциональной экспрессии, который, впрочем, очень скоро уходит в прежнюю тихую звучность, и на фоне «стоячего» струнного аккорда слышны перезвоны челесты и родственных ей ударных…
Юрий Каспаров
2 ноября 19.00
Камерный
зал Московского Международного Дома Музыки
4 ноября
19.00
Органный
зал Башкирской государственной филармонии
5 ноября
18.30
Самарская
государственная филармония
Надир
Вассена Пространства бесконечной ходьбы для ансамбля
Эдисон Денисов Вариации на тему
Шуберта для виолончели и фортепиано
Жерар
Цинсстаг ... Сквозь время
войны... для соло ударных
Григорий Воронов С пустынного берега смотрю на
горы для
ансамбля
Хайнц
Холлигер Ma'mounia для соло ударных
и ансамбля
Мирча Арделеану,
ударные (Швейцария)
Московский
Ансамбль Современной Музыки
Дирижёр – Алексей Виноградов
Швейцарские композиторы Хайнц Холлигер и Жерар Цинсстаг были близкими друзьями Денисова, которые так же, как и многие композиторы и исполнители Франции и других стран, помогали ему выстоять в непростой борьбе, навязанной советской идеологической машиной.
Хайнц Холлигер (р. 1939), возможно, самый известный на сегодняшний день музыкант Швейцарии. Феноменальный гобоист, для которого специально создавали свои произведения Берио, Картер, Фернехоу, Лигети, Лютославский, он значительно расширил палитру исполнительских приёмов своего инструмента. Он создал немало партитур, ставших классикой ХХ века. Холлигер – один из тех европейских авангардистов, кто вместе с П. Булезом и К. Штокхаузеном принимал участие в становлении Дармштадских курсов и благодаря которому эти курсы долгое время были своего рода «летней резиденцией» современной музыки в планетарном масштабе. Написанный специально для Дармштадских курсов Квинтет для духовых Н является энциклопедией новых приёмов, актуальность которых будет сохраняться ещё долгие годы
Жерар Цинсстаг (р. 1941) – не только один из ведущих композиторов Швейцарии, но и известный общественный деятель, на протяжении многих лет возглавлявший самый представительный швейцарский фестиваль Tage für Neue Musik Zürich. Интересен такой факт, характеризующий Цинсстага как композитора. В начале 90-х годов известное французское издательство Salabert, испытывая серьёзные финансовые проблемы, было вынуждено расторгнуть договора с большим количеством композиторов – случай чрезвычайно редкий в музыкальном мире. Ведь общеизвестно, что современная музыка не только не приносит дохода издательствам, а является убыточной с коммерческой точки зрения. Руководство Salabert решило сохранить издательство за счёт лучших композиторов своего каталога, в числе которых наряду с Пуленком, Равелем, Ксенкисом был и Ж. Цинсстаг
Надир Вассена (1970) – молодой, но уже известный и широко исполняемый во всём мире, включая Россию, композитор. Получив образование в Милане и затем во Фрибурге, он занимался с Брайеном Фернехоу на мастер-классах в Ройомоне. Лауреат многих международных композиторских конкурсов, он сегодня возглавляет фестиваль Tage für Neue Musik Zürich, приняв, таким образом, эстафету у Ж. Цинсстага
Григорий Воронов (р. 1948) окончил Московскую государственную консерваторию и Московский институт радиоэлектроники. В 1994 г. на встрече со студентами Московской консерватории Ксенакис сказал, что все композиторы должны хорошо разбираться в математике и физике, и что будь его воля, математику и физику преподавали бы в консерваториях. Тогда это вызвало протест в аудитории. Сейчас никто не станет отрицать связь точных наук с искусством и необходимость использования, к примеру, математического аппарата при анализе музыки. Являясь одним из наиболее ярких московских композиторов среднего поколения, Г. Воронов успешно совмещает творческую работу с серьёзной общественной и административной нагрузкой. В течение долгих лет он возглавляет Издательский Дом «Композитор» – самое крупное российское музыкальное издательство
Вариации на тему Шуберта были написаны в 1986 г. В основе – тема из ля-бемоль мажорного Экспромта Шуберта, которая получает интенсивное развитие музыкальными средствами, отшлифованными Денисовым в средний период его творчества. Устойчивые мелодические интонации, свойственные этому периоду, сознательно утверждались композитором из произведения в произведение и вскоре стали своего рода его визитной карточкой. Обращение Денисова к Шуберту не случайно. Шуберт – один из его любимейших композиторов, к творчеству которого он обращался неоднократно в различные периоды жизни. Наиболее масштабной и значимой работой стало завершение религиозной драмы Шуберта «Лазарь, или Торжество Воскрешения»
Национальный филармонический оркестр России (НФОР)
был учреждён в 2003 году и стал первым большим
симфоническим оркестром, появившимся в России в постперестроечное время по
инициативе государства. Оркестр возглавил Владимир Спиваков –великолепный
скрипач и дирижёр, снискавший всемирную славу. В составе НФОР играют лучшие
музыканты симфонических оркестров Москвы и России. Репертуар оркестра
формируется как из произведений золотого фонда национальной и зарубежной
классики, так и несправедливо забытых партитур и сочинений, специально
создаваемых для нового коллектива. НФОР сотрудничает с известными дирижерами –
Томасом Зандерлингом, Теодором Курентзисом, Владимиром Симкиным, а также с
такими мегазвездами как Джесси Норманн, Пласидо Доминго, Хосе Каррерас, Мария
Гулегина и др. НФОР является базовым оркестром фестиваля “Владимир Спиваков
приглашает…”. К важному направлению деятельности оркестра относится поддержка
талантливых молодых музыкантов, в связи с чем в оркестр приглашен ряд молодых
артистов. Кроме того, устанавливаются взаимосвязи оркестра с Международным
благотворительным фондом Владимира Спивакова, призванным стать одним из
источников подготовки новых творческих кадров для НФОР.
НФОР активно
гастролирует в России и за рубежом, осуществляет серию записей произведений
Чайковского и Рахманинова
Московский Ансамбль Современной Музыки (МАСМ)
был основан в марте 1990 года композитором Юрием Каспаровым, ставшим художественным руководителем коллектива. Это ведущий в России профессиональный ансамбль солистов, объединивший известных московских солистов. За годы своей деятельности МАСМ дал более 600 мировых премьер, записал свыше 40 компакт-дисков для ведущих звукозаписывающих компаний, имеющих дистрибуцию на весь мир. Ансамбль гастролировал в 50 городах России и 30 странах мира. В репертуаре коллектива – произведения современных российских и зарубежных композиторов, представляющих все концептуальные направления в музыкальном искусстве и практически вся камерная классика. МАСМ открыт для любых экспериментов, помимо акустических концертов, он участвует в программах электро-акустической музыки, в мультимедийных спектаклях и в “живом” исполнении музыки к старым и новым концептуальным кинофильмам
Романтик-квартет
Своим рождением «Романтик-квартет» обязан профессору В.А. Берлинскому, бессменному виолончелисту прославленного Государственного квартета имени Бородина, воспитавшего много квартетных коллективов. Первым значительным событием в творческой жизни квартета стала победа на V Международном конкурсе струнных квартетов имени Д.Д.Шостаковича в 1999 году. В репертуаре коллектива – произведения композиторов различных эпох и стилей от шедевров русской музыки до новейших композиторских опусов. “Романтик-квартет” много гастролирует по России, является участником музыкальных фестивалей в Эстонии, Нидерландах, Германии, Италии, Швейцарии и других странах. Незабываемыми событиями в творческой жизни коллектива стали совместные выступления с Государственным квартетом им. Бородина, Николаем Петровым, Людмилой Берлинской, Стефаном Метцем, Томасом Вавиловым и др. С 1999 года “Романтик-квартет” – ансамбль Московской государственной академической филармонии
Даниэль Кавка (дирижер)
Молодого французского дирижёра Даниэля Кавку (в этом году ему исполнилось 42 года) называют не просто восходящей звездой, а открыто признают преемником Пьера Булеза. Его музыкальное образование было чрезвычайно всесторонним – в Лионской Национальной консерватории он занимался теорией музыки, достиг серьёзных успехов как исполнитель, стажировался по композиции у Дьёрдя Куртага, Элиота Картера и Клауса Хубера. Но его основной специальностью было и остаётся дирижирование. Его педагогами были известный маэстро Шарль Брюк и один из столпов современной музыки композитор и дирижёр Петер Этваш, много лет возглавлявший знаменитый “Интерконтампорэн”. С 1993 года Даниэль Кавка активно концертирует, с одинаковым успехом дирижируя камерными коллективами, симфоническими оркестрами и оперными спектаклями. Его исполнение опер Вагнера считается хрестоматийным. С триумфальным успехом он выступал со многими знаменитыми оркестрами мира, исполняя программы как классико-романтической, так и современной музыки
Алексей Виноградов (дирижер)
окончил факультет симфонического дирижирования в классе Кирилла Кондрашина Московской государственной консерватории. Работал главным дирижером в Большом театре оперы и балета Белоруссии (Минск), в Московском театре классического балета и других известных коллективах. С 1991 г. А. Виноградов является главным дирижером Московского Ансамбля Современной Музыки, с которым принял участие в организации многих мировых премьер как в России, так в странах Европы и Азии, записал более 30 компакт-дисков для различных звукозаписывающих компаний. Среди них – серия “Musique Ajourd’ui” для французской фирмы “Harmonia Mundi”
Михаил Дубов (фортепиано)
окончил Московскую консерваторию и аспирантуру по классу фортепиано проф. В. В. Горностаевой, а также как органист и музыковед. Пианист, музыковед, доцент Московской консерватории, он исполняет музыку от барокко до наших дней, сотрудничает со многими ведущими камерными коллективами Москвы. М. Дубов является первым исполнителем премьер российских и зарубежных композиторов, участником авторских концертов Денисова, Ксенакиса, Хенце, Лувенди. Он гастролирует по всему миру, выступает как солист с известными коллективами – “Ансамблем Модерн” (Франкфурт), Государственным академическим симфоническим оркестром, оркестром Мариинского театра, имеет более 30 записей на компакт-дисках как солист и ансамблист. Лауреат премии Seiler
Александр Загоринский (виолончель)
окончил Московскую консерваторию и аспирантуру по классу профессора Н. Н. Шаховской. Лауреат всесоюзного (1985) и международных (г. Трапани, Италия, 1988; им. П.И.Чайковского, Москва, 1990) конкурсов. Заслуженный артист России, солист Московской филармонии, преподаватель Музыкального училища при Российской Академии Музыки, виолончелист ведет активную концертную деятельность, выступая в России и за рубежом. В репертуаре солиста музыка барокко, венских классиков, романтиков и современных авторов. А. Загоринский – постоянный участник фестивалей современной музыки. Концерты Загоринского нередко транслируются в программах Российского радио “Орфей”, им записано несколько компакт-дисков камерной музыки, среди которых произведения О. Мессиана и Э. Денисова
Мирча Арделеану (ударные)
родился в Румынии. Как исполнитель на ударных получил образование в Клуже и в Базеле (Швейцария). Лауреат Первых премий исполнительских конкурсов в Бухаресте и в Роттердаме. Активно концертирует по всему миру. Он стал первым исполнителем произведений ведущих композиторов мира – Штокхаузена, Куртага, Ксенакиса и многих других. Концертная деятельность Арделеану идет параллельно с педагогической – он дает огромное количество мастер-классов в консерваториях и университетах Европы, Азии и Южной Африки. С 1996 г. – он профессор знаменитых курсов современной музыки в Дармштадте. Записал много компакт-дисков, среди которых авторские портреты Штокхаузена, Кейджа, Хенце и других мастеров. Один из дисков – портрет Дьёрдя Куртага – был удостоен в Германии в 2003 г. приза за лучшее исполнение
Анна Гузаирова (меццо-сопрано)
окончила Ташкентскую государственную консерватории им. М. Ашрафи и ассистентуру-стажировку по специальности «сольное пение» в 1997 г. Лауреат международных конкурсов вокалистов в Италии, Великобритании, Германии, Нидерландах. Принимала участие в фестивалях современной музыки «Ильхом-ХХ» (Узбекистан, Ташкент), «The Noise of Art» (Бангкок, Тайланд), «Музыка друзей» (Москва-Калуга, Россия) и др. А. Гузаирова работала с такими дирижёрами, как Г. Туляганов, В. Неймер, Э. Азимов, Ганс-Джозеф Брайнгс, Жан Торель, выступала с ансамблями «Согдиана», «Юные дарования Узбекистана», “Nieuw Ensemble” (Нидерланды), Московским Ансамблем Современной Музыки, “Omnibus”. Вокальные циклы Д. Янов-Яновского “Посвящение Густаву Малеру” и “Бессонница” были записаны певицей на компакт-диск фирмой “Harmonia Mundi”. В 2000 году певица была удостоена Государственной премии “Нихол”. В настоящее время А.Гузаирова преподаёт в Государственной консерватории Узбекистана и в Школе-студии театра “Ильхом”
Михаил Штанько (гобой)
окончил Московскую государственную консерваторию и аспирантуру (класс профессора Алексея Уткина). Исполнитель концертов для гобоя с оркестром И. С. Баха, А. Вивальди, Т. Альбинони, А.Марчелло, произведений Г. Генделя, Г. Телемана, Р.Шумана, В.А.Моцарта. Участник фестиваля Южно-Германского радио в Швецингене, фестиваля современной музыки “Sacro-Art”. Регулярно выступает с Московским ансамблем современной музыки. Исполнял собственное сочинение “Каприччио” для гобоя соло на фестивале “Gaudeamus” (Амстердам, 1995 г.). Регулярно участвует в выступлениях Российско-Американского камерного ансамбля “АМИРУС”
Нино Баркалая (фортепиано)
окончила Московскую консерваторию и аспирантуру как пианистка у профессора Михаила Межлумова, органистка у профессора Наталии Гуреевой и музыковед у профессора Валентины Холоповой. В 2002 была удостоена звания Кавалера Ордена Искусств и Литературы Франции за исполнение французской современной музыки. Сотрудничает с выдающимися музыкантами Пьер-Ивом Арто (флейта, Франция), Сильви Газо (скрипка), Евгением Петровым (кларнет) и др. Активно пропагандирует творчество молодых композиторов разных стран. Участвовала на международных фестивалях и гастролировала в России, Европе и странах СНГ. Записала ряд сольных компакт-дисков
Кристина Рожкова (арфа)
окончила Российскую Академию Музыки им. Гнесиных и аспирантуру (класс профессора М. М. Агазарян). Лауреат Всесоюзного конкурса юных артистов (С. – Петербург, 1990 г.), Первого Международного арфового конкурса в Болгарии (София, 2000 г.), Четвертого Международного конкурса камерных ансамблей (Франция, 2001 г.) и др. Стипендиат Международной программы «Новые имена», фонда М. Л. Ростроповича. С 2001 г. является солисткой Российского Государственного симфонического оркестра Кинематографии и Московского Ансамбля Современной Музыки. К. Рожкова принимает участие во многих международных фестивалях в России и за рубежом, выступая на престижных концертных площадках, записала ряд компакт-дисков
Моника Хаба (фортепиано)
окончила
Московскую консерваторию и аспирантуру. До 2000 года работала в Большом театре музыкальным ассистентом Владимира Васильева в постановках балетов “Макбет”, “Золушка”, “Дон-Кихот”, “Лебединое озеро” и других. Преподает в музыкальном колледже при Московской консерватории. Имеет ученую степень магистра искусствоведения. Гастролировала в Испании, Германии, Польше, Прибалтике, Корее, Японии, США, Мексике, Бразилии, Египте, Израиле. Принимала участие во многих международных фестивалях, исполняя современную классику (И.Стравинский, Б.Барток, А.Шенберг, А.Берг, А.Онеггер, Д.Шостакович, С.Прокофьев, С.Губайдуллина, Э.Денисов, А.Шнитке) и сочинения молодых композиторов России и зарубежья. Участвовала в записи ряда компакт-дисков на фирмах Le Chant du Monde (Франция), Meldac (Япония)
Александр Готгельф (виолончель)
окончил
ГМПИ имени Гнесиных. Лауреат и дипломант всероссийских, всесоюзных и международных конкурсов (в том числе Международного конкурса имени П. И. Чайковского, 1974). С 1990 года работает в Российском национальном оркестре (в настоящее время – концертмейстер группы виолончелей). А.Готгельф – участник многих сольных и камерных концертов и проектов. В разные годы его партнерами были Игорь Ойстрах, Михаил Плетнев, Наталия Шаховская, Государственный квартет имени Бородина и другие.
В 2002 году фирмой Cello Classics (Лондон) выпущен диск “Величайшие мгновения виолончельного искусства XX века” (среди исполнителей Пабло Казальс, Эммануэль Фойерман, Григорий Пятигорский, Даниил Шафран, Миша Майский, Александр Рудин, Александр Готгельф)
L'Univers
d'Edison Denisov La Société Internationale de Musique Nouvelle ISCM - Section Nationale
de Russie avec le soutien du Comité de la Culture de la Ville de Moscou Auteur
et directeur artistique – Youri Kasparov "J'ai
eu la chance de bien connaître Edison Denisov, et non seulement de le connaître
mais aussi de collaborer avec lui. Je suis fier d'être le premier interprète
d'un certain nombre de ses opus, dans notre pays, tels que "Signes en blanc",
Quintette pour piano et quatuor à cordes, Quatre pièces pour flûte et piano,
entre autres. Mais notre collaboration ne s'arrêtait pas là. J'ai été entraîné
dans un processus extrêmement important de promotion et de diffusion de la
musique nouvelle en Union Soviétique, et ce, à l'époque où cette musique était
interdite chez nous.
Que
m'ont appris les contacts avec Denisov? Tout d'abord, de ne pas craindre
d'avancer constamment vers le but que l'on s'est fixé, et en même temps
apprendre, apprendre au maximum" Tigran
Alikhanov, professeur, recteur du Conservatoire Supérieur Tchaïkovski de
Moscou "Pour
moi et, je pense, pour beaucoup de gens de ma génération, éduqués sous
l'influence du décret de 1948, l'oeuvre de Denisov joue un rôle tout à fait
particulier. Les premières créations de ses oeuvres des années 60 ne se sont pas
limité à nous faire découvrir l'univers de sa musique belle jusqu'à
l'enchantement. A travers ses oeuvres, c'est tout l'art du temps nouveau - l'art
que nous ignorions jusqu'à lors, - qui criait son existence. Et puis, peu après,
d'autres univers se sont ouverts, non moins importants. Mais pour moi, les
oeuvres de Denisov étaient et sont mon premier amour dans le monde de la musique
de mon époque" Elena
Sorokina, professeur,
pro-recteur
du Conservatoire Supérieur Tchaïkovski de Moscou
responsable
des secteurs scientifique et créatif "Il
a été de ceux qui n'ont pas reculé. La fin du XXe siècle aux tendances
post-avant-gardistes a donné naissance aux "fatigués" : rétro, néo, mini, quasi,
poly... une vraie nécrophilie! Ils
restent tous étrangers à Denisov, comme s'il suivait la devise de Kandinsky "en
avant et plus haut!" Yuri
Kholopov, professeur,
extrait
de recueil "Lumière. Bonté. Éternité. A la mémoire d'Edison Denisov" "Denisov
était quelqu'un de bien et d'optimiste. Son aspiration pour la beauté, la
lumière, les valeurs authentiques, a créé autour de lui un champ spirituel
positif qui donnait à ceux qui l'entouraient une sensation de protection
maximale et de paix intérieure, ce qui nous aidait à nous situer dans ce monde
compliqué" Valeria
Tsenova, professeur, auteur du livre "Denisov inconnu" “Mes séjours en URSS, dans les années soixante
dix, furent chaque fois marques par mes contacts avec Edison Denisov et ses plus
proches amis compositeurs «clandestins», du fait de leur orientation esthétique
très libre par rapport aux directives officielles. A l’époque où Edi composait un opera sur
“L’Ecume des jours” de Boris Vian, il m’écrivit à plusieurs reprises pour
connaître mon avis sur la meilleure prosodie possible à réaliser dans la version
en langue française étant impeccable, je n’avais, le plus souvent, rien à lui
proposer. J’étais seulement impatient de connaître l’ouvrage lui-même, m’étant
déjà familiarisé avec son style dans les œuvres symphoniques ou de la musique de
chambre qu’il m’adressait. L’évolution de son style fut marquée en priorité
par l’influence des œuvres de l’Ecole de Vienne et celle des post-sériels que
Pierre Boulez, au cours d’un voyage précédant le mien, lui avait déjà fait
connaître, au cours de l’année 1972. Edi avait une extrême facilité et une puissance de
travail prodigieuses et s’il fut contraint de produire de la musique
“alimentaire” pour subsister, le régime soviétique dut reconnaître la valeur
créatrice d’un compositeur armé de dons pédagogiques également remarquables, au
point de la nommer professeur d’orchestration au Conservatoire de
Moscou. Pour son attachement à la musique française et par
la qualité de son œuvre personnelle très variée, Edison Denisov a droit à notre
fidélité à sa mémoire, comme à notre attention soutenue à la diffusion de sa
musique” Compositeur Henri
Dutilleux (France) Quel
souvenir reste-t-il de l'homme Denisov pour ceux qui l'ont approché? Un homme
pas très grand, mince, très vif, avec des cheveux argentés... Originaire de
Sibérie, il possédait un santé solide. Il n'a jamais porté de chapka, même en
hiver, et s'il avait pu se le permettre, il n'aurait pas porté non plus de
manteau. Mais cela aurait été inconvenant, aurait attiré l'attention dans la rue
ou dans les transports en commun, lui qui n'aimait vraiment pas attirer
l'attention. Il était très modeste dans tout. A son domicile, il n'y avait rien
de superflu, mais, bien sûr, beaucoup de livres, de disques, de partitions, et
sur les murs, des tableaux de son ami, un peintre remarquable, Boris Birger.
Rien de somptueux et de luxueux. Tout était commode et fonctionnel pour le
travail, et en même temps chaleureux. Son
langage était assez laconique, simple et explicite. Pas de pathos dans la
conversation, de citations des philosophes ni de déclamations poétiques...
Toutefois, Denisov avait une très grande culture, et s'y connaissait très bien
non seulement en musique mais également en philosophie, poésie, peinture et même
en sciences, puisqu'il était précédemment diplômé de l'Université de Tomsk en
mathématiques et physique. En
véritable représentant de l'intelligentsia russe, il se comportait d'une manière
naturelle, sans chercher à donner l'impression de quelqu'un de grand ou unique.
D'ailleurs, il ne correspondait pas à ce stéréotype de quelqu'un de grand et
unique comme chacun l'imaginait à l'époque. Son contact était facile et agréable
avec tout le monde, sans exception - aussi bien pour ses amis que pour les
étudiants du Conservatoire. Avec toute sa vivacité, son énergie et son caractère
sans compromis, il restait toujours avenant, absolument calme et maître de
lui. On
peut imaginer de combien d'humiliations et d'attaques il a été victime tout au
long de sa vie! Quand l'époque soviétique l'a rangé parmi les avant-gardistes,
l'exécution de sa musique a été interdite, et il n'avait pas le droit de voyager
à l'étranger, même pour les premières de ses oeuvres. Puis, après la chute de
tous les tabous idéologiques, il a subi la jalousie et la méchanceté de ceux qui
ont compté sur leurs anciens engagements politiques et qui se sont donc
retrouvés sans appui. Tout lui fut difficile à supporter. Il était encore plus
dur de rester fidèle à soi-même et de se comporter comme si on n'avait qu'à se
contenter de se promener dans les allées d'un parc pour y écouter le chant
charmant des oiseaux. Il
est resté fidèle à lui-même.Il est resté fidèle à lui-même, y compris quand il
est sorti d'un coma de plusieurs semaines, suite à un terrible accident de
voiture qui a fini par lui coûter la vie. Soigné à Paris par des médecins
français, il nous a ouvert la porte de son appartement parisien. Nous vîmes le
même Denisov, dont le visage avait gardé la même expression, les mêmes manières
posées, le discours clair, dépourvu
de
théâtralité et de pathos. Juste une horrible cicatrice sur la gorge. Il
n'était pas rancunier à l'égard de tous ceux qui consciemment lui empoisonnaient
la vie. Il est probable qu'il "bouillait" intérieurement mais il restait
impassible. Le terme le plus méchant que j'ai entendu de lui, assez rarement
d'ailleurs, c'était "cochon". "C'est un cochon, disait Denisov en haussant les
épaules, il n'y a pas à discuter avec lui". Il se limitait à ne pas fréquenter
les gens qui lui étaient désagréables. Mais il n'émettait pas d'avis négatifs ni
de jugement concernant les bassesses et la méchanceté de ses ennemis. Il ne le
faisait pas d'avantage devant ses élèves ni devant ses "compagnons d'armes".
"Comment lui parler? Il ment sans cesse!", voilà ce qu'il disait souvent à
l'adresse de ses ennemis. Car le mensonge fut l'une des choses qu'il ne pouvait
pas du tout supporter, ainsi que les intrigues et les médisances. Et des
ennemis, il en avait toujours eu beaucoup, jusqu'à sa mort tragique. Après
la chute du mur de Berlin, l'Union Soviétique jadis indestructible craquait de
toutes parts, et la Russie changeait à grande vitesse, à vue d'oeil. Pour la
première fois depuis des décennies, nous avons clairement senti l'air de la
liberté. Tous les obstacles sont tombés. Beaucoup de gens partaient : des
sportifs, des scientifiques, des artistes... Partaient des compositeurs connus,
amis de Denisov ; partaient aussi de jeunes musiciens. "Il
ne faut pas quitter la Russie! nous disait Denisov. C'est une grande erreur que
de quitter la Russie! Nous devons vivre et travailler ici!" Il
vivait et travaillait en Russie. Mais, cependant, qui aurait pu partir plus
facilement que lui? Lui qui était déjà demandé dans le monde entier. Il recevait
des commandes d'orchestres mondialement connus, sa musique était interprétée par
des chefs d'orchestre et solistes célèbres, ses concerts remplissaient les
salles. L'Occident pouvait lui offrir des conditions d'existence quasi
paradisiaques. Au sommet de sa gloire, il aurait pu profiter de la vie dans un
endroit plus tranquille et heureux, sans révolution, ni putsch, ni effondrement
de la monnaie nationale. Denisov
a mérité la paix. Mais il ne la recherchait pas. Qu'est ce que Denisov a eu le
temps de réaliser, à part d'inscrire son nom, en lettres d'or, dans le
patrimoine de l'art mondial?
- Il fut le seul de nos compositeurs connus à oeuvrer pour la promotion
de la musique russe contemporaine ; et il a réussi, en fin de compte, à lui
trouver une place dans le monde en tant que grand art profondément
moderne. -
Il fut le seul de nos compositeurs qui cherchait, par tous les moyens, à combler
cette absence d'information en Russie. C'est précisément grâce à ses efforts
que, petit à petit, à Moscou, tant les concerts de musique contemporaine
occidentale que les rencontres du public avec de nombreux maîtres européens
célèbres, sont devenus réguliers.
- Il fut le seul de nos compositeurs qui aspirait à créer en Russie un
espace réservé à la musique nouvelle, qui serait identique, de par sa structure,
aux standards européens formés depuis longtemps. Le premier pas vers une telle
organisation fut la fondation, en 1990, de l'Association de la Musique
Contemporaine. Cette action a influencé, dans une large mesure, la politique de
nos institutions culturelles, la programmation de festivals et de concerts
moscovites, la vie musicale à Moscou et, plus tard, celle de la Russie toute
entière. ACM a également contribué à la création de nouveaux ensembles
d'interprètes.
- Grâce à Denisov, les médias se sont fait l'écho de toutes nos actions
pour le développement et la promotion de la musique contemporaine, ce qui a
attiré vers nous l'attention de grand nombre de publics. Ainsi, la musique
d'aujourd'hui a pu élargir le cadre de sa diffusion.
- Denisov est le seul de cette pléiade de compositeurs des années 60, qui
a créé son école. Comme tout le monde le sait, ce n'est seulement qu'en 1989
qu'il a eu l'autorisation officielle d'enseigner la composition au Conservatoire
de Moscou. Auparavant, pendant des années, il a enseigné l'orchestration, et ses
leçons étaient, par leur essence, aussi des leçons non-formelles de composition.
Les étudiants d'autres professeurs de composition venaient le voir, mais non
seulement les étudiants. Beaucoup de ceux qui avait déjà terminé leurs études au
Conservatoire ne trouvaient rien d'honteux à montrer leurs partitions à Denisov,
à écouter son opinion et suivre ses conseils par la suite. De
ce fait, bien avant d'obtenir le statut officiel de professeur de composition,
Denisov a formé bon nombre d'élèves, dont la majorité est aujourd'hui très
connue et dont les oeuvres sont régulièrement données en concert dans le monde
entier. Force est de
constater que les organisateurs européens de concerts, lors de préparation des
programmes consacrés à la musique russe contemporaine, viennent obligatoirement
choisir les oeuvres dans les catalogues de Denisov et son école. Souvent ces
manifestations et émissions s'intitulent "Denisov et l'avant-garde russe".
Ainsi, tous ceux qui étudiaient avec Denisov, ont reçu une sorte de
certificat non-officiel
de qualité, qui facilite le dialogue, sur un pied d'égalité, avec des musiciens
de tous les pays. Denisov
garda, jusqu'à la fin de ses jours, une étonnante capacité d'apprécier les
choses simples. A titre d'anecdote, à Paris, après un éprouvant séjour à
l'hôpital de quelques mois, se trouvant à plusieurs reprises entre la vie et la
mort, étant même obligé de réapprendre à marcher, il me disait : "Tiens, Yuri,
j'ai acheté de la vodka russe, j'y ai fait macérer, pendant trois jours, des
zestes de citron, goûtez-y! C'est vraiment bon!" Au
début des années 90, à Moscou, il existait une forme originale de concerts. Le
chef d'orchestre Guennady Rojdestvensky commentait pour le public les oeuvres
interprétées, avant de les jouer. A la fin du concert, les gens pouvaient aussi
poser des questions qu'ils écrivaient sur des petits papiers que l'on
transmettait sur la scène. Dans l'un des concerts où des oeuvres de Denisov ont
été interprétées en sa présence, un billet est arrivé : "Pourquoi portez-vous un
prénom aussi étrange que celui d'Edison?" Il
faut savoir que le père du compositeur, Vasilï Denisov, était radio-physicien.
Pour ce passionné de science, Thomas Edison était l'une de ses idoles. Vasilï
Denisov fut le premier à construire un émetteur radio à ondes courtes. Cette
invention lui a d'ailleurs permis, en 1928, de se mettre en contact avec
l'expédition du général Umberto Nobile, et de l'aider à retrouver sa course,
après le crash du dirigeable "Italia" qui tentait d'atteindre le Pôle Nord.
Vasilï Denisov était persuadé que son fils, en grandissant, deviendrait lui
aussi un scientifique. Mais la musique a dominé son choix, et plus tard, la
seule chose qui liait Edison Denisov à la science fut ce prénom que son père lui
avait donné. "On
m'a appelé comme ça quand je suis né, - Denisov a haussé les épaules, - et
j'aime bien mon prénom." En
cette année 2006, année du 10ème anniversaire de sa mort tragique, nous dédions
à Edison Denisov quatre concerts en sa mémoire. Youri Kasparov le 25 octobre 2006, à 19h00 Victor Ekimovsky Remake
pour ensemble
Ensemble de Musique Contemporaine
de Moscou La
Symphonie de chambre N°2
est certainement l'oeuvre la plus proche et la plus aimée de l'Ensemble ACM. Le
compositeur l'a créée spécialement pour notre collectif, et sa première a eu
lieu à Tokyo, en juillet 1994, à peine deux semaines après que Denisov eût
achevé la partition. Cette oeuvre est entourée de circonstances tragiques. En se
rendant à la première répétition de cette Symphonie, Denisov a été victime d'un
horrible accident de voiture, qui lui a finalement coûté la vie deux ans plus
tard, en novembre 1996.
La Symphonie de chambre N°2 ouvre la troisième et dernière période -
courte mais brillante - dans la musique de Denisov. Jusqu'à la fin de sa vie,
déjà gravement malade, il composait continuellement, et nous a offert nombre
d'oeuvres remarquables. Elles sont le fruit de tout le savoir-faire accumulé par
le compositeur au cours de toutes ces années de travail. Cela concerne le
langage musical, toujours en évolution, ainsi que tout un arsenal de techniques
compositionnelles qui lui sont liées. Sans parler d'une étonnante profondeur
philosophique nouvelle et de diversité d'images.
Pour moi, la Symphonie de chambre N°2 est l'une des oeuvres les plus
proéminentes dans l'histoire nouvelle de notre pays ; c'est une partition
magistrale que l'on peut placer au même niveau que les chefs-d'oeuvre des
classiques, Prokofiev et Chostakovitch.
A coté de la Symphonie de chambre N°2, d'autres oeuvres remarquables de
Denisov font partie du répertoire régulier de l'Ensemble ACM, en Russie comme à
l'étranger, citons Femme et oiseaux ou encore Sur la nappe d'un étang
glacé. le 28 octobre 2006, à19h00 Maria Boulgakova Dialogue – Contraste
pour violon et violoncelle Romantique-Quatuor
: Nino
Barkalaya (piano), Kristina Rozhkova (harpe) La
Musique Romantique est
composée en 1968 pour Heinz et Ursula Holliger. De nombreux compositeurs
d'aujourd'hui, parmi les plus connus, ont souvent dédié leurs oeuvres à ces
musiciens : lui, hautboïste et elle, harpiste. La Musique Romantique compte
parmi les meilleures compositions de la première période de Denisov, laquelle
commença par le Soleil des Incas qui lui apporta la gloire. La particularité de
Musique Romantique réside non seulement dans son atmosphère fortement
émotionnelle et remplie d'images sonores mais également dans le parallèle qui
suit. A l'exemple de Mozart, Denisov transgressait avec allégresse les lois et
les règles établies de la musique, mais avec l'esprit d'un compositeur actuel. A
ceci près que la notion de la tonalité chez Mozart est classique, alors que chez
Denisov, elle est relative, venant
de la Nouvelle École Viennoise. Je suis persuadé que, dans le futur, la Musique
Romantique fera l'objet de nombreuses études musicologiques le 31 octobre 2006, à 19h00 Pierre Boulez Notations
pour
orchestre Orchestre National Philharmonique de
la Russie Le
concert du 31 octobre 2006 revêt aujourd'hui la même importance. Les créations
russes d'oeuvres d'Henri Dutilleux (né en 1916), Jannis Xenakis (1922-2001) et
Pierre Boulez (né en 1925) représentent un événement exceptionnel dans la vie
musicale de la Russie.
Il est inutile d'exposer ici les biographies de Dutilleux, Xenakis ou
Boulez, autant raconter les vies de Mozart ou Beethoven! Ces trois compositeurs
français sont d'ores et déjà des classiques. Ils sont la référence incontestable
dans l'art de composition musicale en général. Si la musique de la deuxième
moitié du XXe siècle montre une richesse incroyable à travers toutes sortes de
tendances, de styles et de conceptions, son développement a été inévitablement
lié, d'une manière ou d'une autre, à l'oeuvre de ces trois maîtres. Dans tous
les cas, on ne peut parler d'aucune découverte essentielle sans évoquer la
musique de l'un des membres de ce Magnifique Trio Français.
De forts liens amicaux liaient Denisov à ces trois compositeurs. Le début
de leurs amitiés est marqué par un événement décisif dans la carrière de
Denisov, en 1964. D'une manière
mystérieuse, la partition du "Soleil des Incas" est arrivée à Paris, et fut
transmise à Pierre Boulez.
C'est ainsi que peu de temps après, en 1965, la cantate a été jouée à Paris par
l'Ensemble du Domaine Musical sous la direction du légendaire Bruno
Maderna.
Dans le livre "Edison Denisov" écrit par Yuri Kholopov et Valeria Tzenova
(Moscou, 1993), on apprend que Pierre Boulez a dû faire des efforts
inimaginables pour permettre à
Denisov d'assister à la création parisienne du Soleil des Incas . Boulez écrit
en 1965 : "Un télégramme a été envoyé avec la signature Domaine Musical à
l'Union des Compositeurs. Ensuite, deux lettres ont été envoyées, l'une à
l'Union des Compositeurs, l'autre à l'Ambassade... Madame N. a téléphoné
directement à Mr ... qui est le secrétaire d'Etat aux Affaires Culturelles, ami
intime d'André Malraux et son adjoint principal...", etc. Puis : "Je regrette
que finalement tous nos efforts aient échoués pour vous faire venir à Paris ; et
je me rends bien compte qu'il est très difficile de lutter seul contre la
bureaucratie. Vos fonctionnaires musicaux nous croient-ils tellement naïfs au
point de prendre pour argent comptant leur imbécillité."
Henri Dutilleux a assisté à l'exécution du Soleil des Incas à Paris, en
1972. Il écrivait alors à Denisov : "J'ai assisté à l'audition et je puis vous
dire que l'oeuvre a été très appréciée, très applaudie. J'avais auparavant
étudié soigneusement la partition dont j'aime infiniment l'esprit, la grande
finesse d'écriture, la liberté du langage." Cloches
dans le brouillard
fut composé par Edison Denisov en 1988. Très liée esthétiquement à
l'impressionnisme musical français, cette pièce d'une quinzaine de minutes est
toute particulière pour plusieurs raisons.
Tout d'abord, l'effectif orchestral est inhabituel ou, plus exactement,
sa composition en instruments à vent. Le groupe des bois se compose de quatre
flûtes et quatre clarinettes - instruments les plus raffinés quant à leurs
capacités aux gradations dynamiques - , et est complété par un seul hautbois. Il
voisine avec une puissante "brigade" de cuivres : quatre trompettes, quatre
trombones et six cors. Soutenu par les cordes et les percussions, cet orchestre
joue extrêmement doucement, du début jusqu'à presque la fin. Pour la dynamique, le compositeur marque
ppp et pppp. Des passages légers, impétueux, insaisissables sont là pour évoquer
le vent, qui nous apporte la sonnerie des cloches. Il arrive un moment où nous
n'entendons plus mais nous voyons un tableau, créé non par des lignes et des
couleurs mais par des timbres et le tissu musical... C'est seulement à la fin
qu'arrivent, d'abord, un forte, puis, un fortissimo de l'orchestre, qui
produisent un rejaillissement dynamique inattendu. L'impressionnisme pur donne
donc place ici et petit à petit à une forte expression émotionnelle. Puis, la
douce sonorité principale revient, et, sur un fond d'accord "stagnant" des
cordes, nous entendons les carillons entre le célesta et les
percussions... Youri
Kasparov
le 2 novembre 2006 à 19h00 le
4 novembre 2006 à 19.00 le
5 novembre 2006 à 18.30 Nadir Vassena Luoghi d’infinito
andare pour ensemble de
chambre Mircea Ardeleanu, percussions (Suisse) Les
Variations sur un thème de Schubert
(1986) – cette partition exceptionnelle prend sa source dans l'Impromptu en La
bémol Majeur de Schubert. Le thème principal subit un développement important
grâce à la technique compositionnelle bien caractéristique de Denisov dans le
milieu de sa carrière. Dans cette période, des intonations mélodiques stables,
quasi "tonales", s'affirment de plus en plus dans la musique de Denisov, et
deviennent, en quelque sorte, sa carte de visite. Cela est d'autant plus
étonnant que ces phénomènes, tous deux éclatants, tels que les musiques de
Schubert et de Denisov, représentant deux époques si différentes, se
correspondent organiquement dans les Variations, et créent une nouvelle,
troisième, réalité. Ce n'est pas par hasard que Denisov se tourne vers Schubert.
Le travail le plus important de ce genre est la reconstitution, par Denisov, de
l'opéra inconnu et inachevé de Schubert Lazarus, ou la Fête de la
Résurrection.
Concerts
à la mémoire de compositeur
Du 25 octobre – 5 novembre, 2006
Le Conservatoire Supérieur Tchaïkovski de
Moscou
Éditions musicales Le
Chant du Monde (France)
Ambassade de France en
Russie
CulturesFrance
Fondation Suisse pour la Culture Pro
Helvetia
Union des compositeurs de Moscou
Association Internationale
d'Organisations des compositeurs
Maison Internationale de la Musique à
Moscou
Musée Central d'Etat de la Culture Musicale de
M.I.Glinka
Philarmonie d’Etat de la Ville de Samara
Philarmonie d’Etat de
Bachkirie
Directeur exécutif – Victoria
Korshounova
Consultant -
Ekaterina Kouprovskaia-Denisova
Rédacteur – Valeria Tsenova
Coordinateur – Marina
Voinova
Designer du dépliant –
Natalia Kourliandskaya
La traduction du
russe, ici et plus loin, d'Ekaterina Kouprovskaia-Denisova
Salle
Rakhmaninov
Conservatoire
Tchaïkovski de Moscou
Alexandre Chtchetinsky Sonata
da Camera pour violoncelle et
ensemble
Dimitri Kourliandsky L’homme
sacré pour ensemble
Marina Voinova
Amoroso
pour ensemble
Dimitri
Yanov-Yanovsky Insomnia
pour
mezzo-soprano et ensemble
Edison Denisov Symphonie
de chambre N°2 pour
ensemble
Directeur artistique – Youri
Kasparov
Direction – Alexei Vinogradov
Anna Gouzairova
(mezzo-soprano)
Alexandre Zagorinsky
(violoncelle)
Musée
Central d'Etat de la Culture Musicale de
M.I.Glinka
Anton Safronov
Sentimento… coda pour piano solo
Georgy Dorokhov Trio à cordes
Serguei Pavlenko Xenia
pour harpe solo
Dimitri
Capyrine Quatre
pièces pour hautbois et trio à
cordes
Artiom Vassiliev
Cinq pièces pour piano solo
Roman
Ledeniov Six
pièces pour harpe et quatuor à
cordes
Edison Denisov
Musique
Romantique pour hautbois, harpe
et trio à
cordes
Vladislav
Narodnicky (violon), Mikhail Bolokhvitine (violon), Andrei Ousov (viole),
Serguei Astachonok (violoncelle)
Mikhail
Chtanko (hautbois)
Grande
Salle du Conservatoire Tchaïkovski de Moscou
Iannis Xenakis Synaphaï
pour piano et
orchestre
Henri Dutilleux Métaboles pour orchestre
Edison Denisov Cloches
dans le brouillard pour
orchestre
directeur artistique et chef d’orchestre – Vladimir
Spivakov
Direction – Daniel Kawka (France)
Soliste – Mikhail
Doubov, piano
Salle
de la musique de chambre
de
la Maison Internationale de la Musique de Moscou
Salle
d’orgue de la Philarmonie d’Etat de
Bachkirie
Philarmonie d’Etat de la Ville de
Samara
Edison Denisov Les
Variations sur un thème de Schubert
pour violoncelle et
piano
Gerard Zinsstag ... U vemenu rata ... pour percussions solo
Grigory
Voronov D’une rive déserte, je regarde les
montagnes pour ensemble de
chambre
Heinz Holliger Ma'mounia
pour percussions et ensemble de
chambre
Ensemble de Musique Contemporaine de
Moscou
Direction – Alexei Vinogradov